October 14th, 2018

Ученые против

Френдлента принесла ссылки на две статьи по теме недавно нашумевшего эксперимента с псевдонаучными публикациями, результаты которого каждый расценил так, как ему понравилось, не вдаваясь в детали и обстоятельства. Записные антитолерасты - как провал всех теорий толерантности, записные антифеминисты - как грядущий фемофашизм, записные борцы - как диверсию реакционеров против всего хорошего, записные технари - как "доказательство нищеты гуманитарной науки". А это - мнение представителей собственно той самой науки. И все на самом деле гораздо, гораздо сложнее.

Итак, две цитаты и две ссылки - о проблемах научных публикаций и состояния науки вообще.

* * * * *
1.
Старый анекдот очень хорошо показывает эту зависть представителей точных наук к исследователям наук социальных: ректор университета просмотрел смету, которую ему принес декан физического факультета, и, вздохнув, сказал: «Почему это физики всегда требуют такое дорогое оборудование? Вот, например, математики просят лишь деньги на бумагу, карандаши и ластики. Подумав, добавил: а философы — те ещё лучше, им даже ластики не нужны».

Хотя все три автора эксперимента и относятся в полной мере к гуманитарным наукам, вполне возможно, что лёгкость фальсификации исходных данных и публикации статьи вообще «из ничего» (сравнительно даже с каким-то анализом литературы, поисками в библиотеках — далеко не все труды оцифрованы) — более чем достаточное искушение. Авторы просто упускают из виду, что при необходимом желании любой специалист из точных наук сможет абсолютно так же нарисовать правдоподобные графики и заполнить таблицы подходящими цифрами.

Как можно вообще смотреть на проблему публикации заведомо ложных исследований вне зависимости от мотивации исследователей?
Современная организация науки (как социального института, ответственного за познание мира), помноженная на личные (и не всегда положительные) качества учёных и алчность журналов, провоцирует некачественные исследования и желание пиариться.

Если из науки делать бизнес — в нём появятся шоумены.
Есть ли хоть какие-то плюсы от этого скандала? Да, есть.
Он доказывает, что работа, подписанная неким никому не известным активистом, при условии соблюдения необходимых оговорок (например, про ограниченность выборки наблюдений и непрофессионализм автора), вполне может быть опубликована в научном или условно-научном издании. По крайней мере, для любителей теорий заговора («никогда научный журнал не опубликует нашу Правду о Торсионных Полях, потому что всё скрывают») теперь есть хороший контрпример.

Что показывает этот скандал? Рецензенты не могут проверить каждый чих исследователя и требовать посекундной видеозаписи каждого наблюдения. Вполне возможно, они даже и не знали, что статьи подписаны безвестными «общественными активистами».

Мы никогда не можем проверить абсолютно всё — как и выходя на улицу, мы не требуем талон техосмотра от каждого водителя. Авторы исследования проверяли, можно ли обмануть другого человека, — и оказалось, что да, возможно.
Молодец, возьми с полки пирожок, там два, крайний не бери. Надо надеяться, что в следующий раз, когда им в разговоре скажут, что нельзя убивать оппонентов, они не станут доказывать, что это можно сделать.

Читать полностью ==>

* * *
2.
Когда включился механизм publish or perish — «публикуйся или исчезни», стало необходимым выдавать определенное количество статей ежегодно.
/.../
Но вернемся к «афере трех». Вопреки их тезису, проблема современных социальных и гуманитарных исследований не в идеологичности/активизме, а во власти языка. Машина языка стала достаточно специфической и автономной. Косвенно этот тезис подтверждается тем, что, как грустно заметила Анна Темкина, одна из ведущих российских ученых, работающих в сфере gender studies: чтобы попасть в престижные журналы, ей пришлось едва ли не несколько лет «бороться» с рецензентами. А Плакроуз и Ко. пробили свои материалы за несколько месяцев.

Когда имитируешь язык, тебе гораздо проще попасть в систему, чем когда ты пишешь о сложной реальности, пробиваясь сквозь фильтр языка.

Полная победа английского языка в международной научной коммуникации, которая с каждым годом захватывает все новые сферы, оказала благотворное, освобождающее влияние на естественные и технические науки.
Теперь любые химики из России или Китая легко могут на самом кривом английском языке донести свои открытия до максимально широкой публики. Нетребовательная форма IMRaD — структура статьи, требующая сначала введение, потом — методы, затем — результаты, далее — их обсуждение, минимум рассуждений, английский как простой связующий состав между формулами и универсальными терминами… Новая латынь, но без схоластики! Простой, объединяющий людей язык.

В гуманитарных и социальных науках дело обстоит прямо противоположным образом.
Язык здесь — не прозрачный посредник. Напротив, он постоянно проблематизируется. Здесь критически важно, какими терминами ты называешь явления, и всегда стоит вопрос разрыва между взглядом внешнего наблюдателя и взглядом изнутри.

Читать полностью ==>
promo congregatio june 24, 22:42 1
Buy for 50 tokens
От членов конгрегатской группы в ВК поступило предложение начинать сбор на пятую книгу. Когда Геннадий сможет начать, я еще не знаю: сейчас он занимается четвертым томом, и насколько длинная к нему очередь потом - пока неизвестно. Я написала ему письмо, жду ответа. Надеюсь, он сумеет нас втиснуть…

Большая разница



Из ВК-срачепаблика.

И все-таки это какая-то непреодолимая разность мировоззрений. Все эти "нет, Флибуста зарабатывает!" и все эти "ну да, ну да, пираты такие бескорыстные", и все эти попытки выстроить какие-то сложные схемы... Все это упирается в одно: смысл. Им нужен смысл. А под смыслом они понимают доход и ничто другое. Нет в их мировоззрении, в их понимании реальности, в их жизни других смыслов для каких-то действий, не выгодных очевидно. Если не выгодно очевидно - значит, уверены они, это выгодно неочевидно. И моральная выгода не рассматривается даже как вариант. Нет. Только материальная, только за деньги, только "профессионально", только корыстно.
Два мира.

Спор - дело благородное

Ведьмотрэш, или Как правильно составлять мнение о книгах

Люблю френдов, часто они меня радуют всяким, что иначе прошло бы мимо меня...

* * * * *
Дмитрий Глуховский известен не только любителям фантастической литературы. Его имя знакомо и геймерам, ведь роман «Метро 2033» породил популярную серию шутеров. В преддверии выхода долгожданной Metro Exodus мы встретились с писателем и поговорили об играх, литературе, Советском Союзе и кислотных дождях.

Прежде, чем начнём, хотим показать вам вот это. [Протягиваем томик «Ведьмака».] С произведением вы ведь в том или ином виде знакомы?

Я не читал, честно говоря. Ну, то есть я знаю про главного героя, как там его... а, Геральт! [Быстро пролистывает книгу, затем откладывает в сторону.] /.../ [Открывает наугад книгу , лежащую на столе, читает вслух.]
«— Говоришь, видел различные мутации? — поднял голову чернокнижник. — А скольких из них ты угробил за деньги в соответствии со своим ведьмачьим призванием?». Мне кажется, это трэш.
(источник)
* * * * *

Вот это я понимаю - мастерство. Что он делает в писателях? Ему в критики надо. По крайней мере, если судить по моему общению с оными, большинство из них примерно так рецензии и пишут. 

*

Тут, оказывается, некий блогер спровоцировал флешмоб "что вы написали бы в своем блоге, если б вас похитили, но давали бы писать в соцсетях, чтобы делать вид, что все в порядке".
Задумалась... Вариантов появилось два.

1. Отдали Маркуса друзьям, завели себе стаффорда.
2. С этого дня запрещаю скачивать мои книги, только покупка!


Пока всё, фантазия кончилась :)

№3

Та же френдлента принесла еще пару заметок об эксперименте со статьями; на сей раз - на тему подачи результатов. Потихоньку выясняется, что не везде Волгу, а местами Запорожец, и не всегда выиграли, а где-то и проиграли.
Сохраняю в первую очередь для наиболее полной картины, не для дискуссий. В смысле, см. пункт три монефезда - не соглашаться можно, а ждать, что я в ответ буду спорить-доказывать - не стоит.

* * * * *
Роман Сивков: Это тоже надо оставить здесь. При некотором рассмотрении получается, что "не все так однозначно"(q), и история-то как-то странно пахнет местами.

1) Похоже, рецензирование статьи про "Breastaurant Masculinity" было далеко от eager acceptance. В частности, рецензенты едко комментировали как раз использование путаного языка и "гендерного жаргона", и поспешные обобщения.
===
The use of “pastiche hegemony” and “ersatz sexual availability” is unnecessary and relieves the author of having to be more specific. They sound smart but really stand in for more tangible identification and explanations of practices. Drop these concepts, or refer to them and then move on in favor of a clearer analysis of exact observed practices.
===
The rigor of your research rests in sound methods, not in obscure language.
===
There are a lot of assumptions in this paper, some of which the author uses to build a case for his work and analysis. Assumptions are a good indicator that data is thin, and this is certainly the case in this paper.
===
http://www.thisweekinstupid.com/…/profs-perpetrate-hoax-ju…/

//Рубить отзывы в стиле "статья дерьмо, автор дурак" в академии не принято. В этом гадюшнике яд сцеживают вежливо. И процитированное - это, на мой взгляд, практически максимальная концентрация яда.

2) Рецензент другой статьи, David Schieber, кажется, удивлен (мягко говоря), что его комментарии были представлены как "поддержка", хотя он отклонил статью. И прямым текстом говорит о фигурной нарезке цитат.
===
I critiqued the paper substantively, while offering potential avenues the authors might be able to pursue. I hoped that, despite the rejection, the author might benefit from the review. In their article announcing the hoax, the writers used selected quotes from my review to argue that I supported this paper (despite recommending a rejection). This selective use of my comments seemed disingenuous. They were turning my attempt to help the authors of a rejected paper into an indictment of my field and the journal I reviewed for,even though we rejected the paper.
===
Reviewer 2 for the hoax paper was harsher than me. That person knew the lit well and was calling out the paper for mis-citing stuff. There’s a reason they only quoted my comments.
===
https://www.chronicle.com/article/What-the-Grievance/244753
https://twitter.com/dwschieber/status/1047639768148762624

3) Пресловутый "ihr Kampf" (pun intended) был тоже не автозаменой сделан. Похоже, от трети до половины текста там написаны заново, а остальное прошло творческий рерайт.
https://www.facebook.com/alexaqueer/posts/302916436969049
https://www.facebook.com/photo.php?fbid=304973916763301&set=p.304973916763301&type=3&theater

//Личное мнение не показатель, но я, возможно, bad rhetorics и зафиксировал бы. Но чтобы заподозрить именно Гитлера, нужно тот Кампф наизусть знать, мне кажется.

Короче, ситуация как в анекдоте про "А мне что, разорваться, что ли?" С одной стороны, с радфем у меня есть явные разногласия по земельному вопросу. Вроде как я есть первопричина всякого зла и начаток мирового тления, white cis hetero male, но каяться и добровольно самоугнетаться не намерен. С другой стороны, "борцы за объективность", видимо, сами немножко практикуют шулерство и хайпожорство. Куды теперь бедному крестьянину податься?..