November 12th, 2019

Buy for 50 tokens
Buy promo for minimal price.

И талоны

Шутка

День назад в Москве из окна многоэтажки, как писали, "выпала" женщина с двумя детьми. Младенец и женщина погибли, шестилетний мальчик пока жив.
Сейчас СК завел уголовное дело по статье "Убийство".

На РТ вышла довольно объемная статья с историей этой семьи. В статье приводятся слова соседей, которым погибшая "казалась адекватной", и все у них было хорошо, ведь муж работал, не пил и не гулял. Чего еще надо-то. А еще - "жильцы дома, где произошла трагедия, также рассказали журналистам, что в последнее время Соколова иногда «в шутку» говорила, что у неё послеродовая депрессия".

В шутку. Конечно же. Ведь послеродовой депрессии не существует, ее придумали тетки, чтобы отмазаться от щастьяматеринства. Надо просто перестать ныть и взять себя в руки. У других такая же нога, и она не болит. 

Как мы немножко умираем

В комментарии позапрошлого поста принесли ссылку на запись, которой хочу поделиться. Запись старая, одиннадцатилетней давности, но актуальности не потеряла до сих пор. У нас по-прежнему не принято видеть, замечать, задумываться, по-прежнему не принято позволять себе и другим давать слабину, по-прежнему всё "в шутку". И как верно заметила принесшая ссылку френдесса - речь не только о депрессии как таковой.

Для тех, кто тут недавно или мимоходом, а потому меня плохо знает: постскриптум исходного поста и здесь тоже действует.

* * *
Пишет grey_koala

Есть такое слово – переутомление. Про переутомление знают все родители: как же, вот ты выполз из полуторачасовой пробки и дополз с работы домой с единственным желанием упасть на диван и никого не видеть, в крайнем случае можно увидеть супчик в тарелке на предмет похлебать, а тут хлобысть – няне пора уходить, а ты еще бессильно лежишь мордой в борще, все, няня ушла, на загривок тебе тут же вспрыгнул ребенок, еще глубже вдавив тебя мордой в овощи, а как же, «мама – игать (играть), пигать (прыгать то есть), догонять», ну что тут будешь делать – наскоро отер полотенчиком морковку с рожи и побежал – играть, прыгать, догонять.

Это все штатная ситуация – ничего особенного. Ребенок обеспечивает тебя полноценной занятостью семь дней в неделю, двадцать четыре часа в сутки без выходных, все тут понятно и жаловаться не на что. Но есть еще и внештатные ситуации – и одну такую я наблюдала с близкого расстояния.

Collapse )
Collapse )

Справедливости ради

Опять о Соколове, извините.

Этот пост - чтобы читающие мой бложег не думали, что я нарочно выискиваю только фриков и невменяшек, а также чтобы у кой-кого не создавалось впечатления, что "все они там такие" (а мне и такие комментарии оставляли, и я представляю, какой наплыв неадекватов случился в пабликах реконов и игровиков).

Перепост.
Официальный комментарий Егора Яковлева и редакции "Цифровая История"
Наша команда в течение года работала с Олегом Соколовым. Он был докладчиком на нескольких наших фестивалях и собирался выступить на ближайшем 1 декабря в Москве. Это налагает на "Цифровую историю" обязанность чётко высказаться относительно трагедии, развернувшейся в последние дни.

Видимо, я оказался одним из последних людей, которые разговаривали с Олегом Соколовым вечером 8 ноября: на следующее утро его обнаружили плавающим в Мойке с рюкзаком, в котором оказались отпиленные женские руки. Так вот накануне в 18.37 я позвонил ему, чтобы договориться о записи анонса его фестивальной лекции. На вопрос, сможет ли он уделить нам время, Олег Валерьевич категорически ответил, что он не хотел бы визита оператора в его квартиру: якобы его недавно ограбили и он боится посторонних. Это меня слегка удивило, так как я и не собирался посылать оператора к нему домой: короткий комментарий гораздо удобнее отснять в университете в перерыве между лекциями. Услышав, что съемку можно провести в любом удобном месте, Соколов любезно предложил приехать к нему в Институт истории в среду, между часом и тремя, когда у него большой перерыв. При воспоминании об этом разговоре меня слегка потряхивает. Я стараюсь не думать, что происходило перед, во время или вскоре после нашего диалога.

Потряхивает еще и потому, что в отличие от большинства зрителей "Цифровой истории", которые знают только О.В. Соколова, я и мои товарищи знали также и Анастасию Ещенко. В медийном шуме, окружающем произошедшее, ее личности практически не уделяют внимания. Я не видел ни одного ее некролога. Знаете, это чудовищно несправедливо. Настя была очень скромной, воспитанной и деликатной девушкой. Она сопровождала Олега Соколова на всех наших фестивалях, помогая ему готовить презентации и демонстрировать их на большом экране. Но гораздо важнее, что она вовсе не являлась безликой ассистенткой мэтра: в ней жил увлеченный самобытный исследователь. Помню, как интересно рассказывала она про действия российской дипломатии в Испании в период между Тильзитским миром и началом войны 1812 года. В ее лице профессиональная корпорация потеряла очень талантливого и подающего большие надежды представителя. А мир - просто хорошего человека. Любые попытки переложить ответственность за трагедию на нее мерзки и отвратительны.

Невозможно согласиться и с теми, кто пытается представить соучастниками преступления каких-то третьих лиц. У некоторых, очевидно, возникает соблазн оправдать или хотя бы объяснить преступление травлей, развязанной против историка Евгением Понасенковым. Принять эту позицию, каким бы вероломным интриганом не был Понасенков, невозможно. Травля была, но ведь была и мощнейшая моральная поддержка Соколова со стороны многочисленных зрителей Дмитрия Пучкова, а также Клима Жукова и "Цифровой истории". Напомню, что именно зрители оплатили услуги адвоката Соколова во время тяжбы с пресловутым автором "Первой научной истории войны 1812 года". Многие историки (да и не только историки), попав в тяжелую жизненную ситуацию, не могут даже мечтать о такой массовой поддержке. И тем не менее не совершают столь чудовищных поступков.

Это, однако, не значит, что мы как-то предвосхищаем решение суда. Мы просто надеемся, что суд окажется справедливым, и наказание будет вынесено согласно закону, который един для всех вне зависимости от регалий и авторитетов.

P.S. Данный текст был написан Егором Яковлевым, но согласован всеми членами редакции, которые присоединяются к его смыслу и содержанию (Федор Данилов, Алиса Мазурик, Анастасия Махина, Марина Сафронова). Редакция ЦИ категорически против попыток использовать преступление конкретного человека для демонизации исторического просвещения или исторической реконструкции.