December 28th, 2019

Ой...



(С)

А что тут такого? А то, что комментатор - один из редакторов Эксмо.
Не, может, конечно, он не разделяет антипиратскую политику издательства... Но чот сомнительно.
"Этожесовсемдругоедело".

Да, фильм не допустили к прокату в России. Но что-то мне подсказывает, что не впервые в жизни и не только ради него товарищ оказался на торрентах...
promo congregatio июнь 24, 22:42 1
Buy for 50 tokens
От членов конгрегатской группы в ВК поступило предложение начинать сбор на пятую книгу. Когда Геннадий сможет начать, я еще не знаю: сейчас он занимается четвертым томом, и насколько длинная к нему очередь потом - пока неизвестно. Я написала ему письмо, жду ответа. Надеюсь, он сумеет нас втиснуть…

Цензурно-переводное

Помнится, в обсуждении моего джеклондонского эксперимента, кое-кто упирал на вину переводчиц - они, мол, сделали Настоящую Мужскую книгу бабской, поэтому критики правы. В принципе, понять такой подход можно (не в этом случае, но можно). Ибо традиции вольных переводов - давние и прочные, и не всегда даже в этом виноваты сами переводчики.

Из френдленты:

Пишет bisey

У меня на телефоне валяется чуть менее, чем до фига книг. Иногда, когда доходят руки, я их читаю. Вот и сегодня, обнаружив, что ничего интересного нет, я открыл старый файл, оказавшийся книгой Луи Буссенара "Из Парижа в Бразилию по суше".
Что ж, прочёл первую главу - и тут закончилась зарядка, Пожав плечами, я залез на Флибусту и принялся читать с нового файла. Снова первая глава, снова экзотическая для французов 80-х годов XIX века Сибирь, снова армейская команда ловит тройку с двумя французами, которых туда невесть как занесло. Только другой перевод - и я отмечаю разницу:
* Прежний текст: "– Ну что, ребятки?! – произнес тем же командным, но уже с примесью иронии, тоном смельчак, остановивший коней. – Вздумали улепетнуть от самого капитана Еменова?! Слишком молоды еще, ангелочки! Да-да, слишком молоды, чтобы объегорить старого сибирского волка! Ну а теперь выбирайтесь – и ко мне! Живо!"
* Новый текст: "— А ну-ка, мои молодчики, — заговорил прежний повелительный голос, в котором теперь звучали нотки иронии, — дайте на вас посмотреть… Что, знать, не очень-то удалось обмануть капитана Игумнова?.. А?.. Сорвалось?.. А?.. Не вывезло?.. У самих молоко на губах не обсохло, а туда же… Уж где вам, молокососам, провести меня, старого сибиряка!.. Вылезайте-ка, вылезайте-ка из-под саней-то. Нечего прятаться. Ну, живо!.."
Мысленно радуюсь: мне попался более удачный перевод. С радостью читаю дальше... и тихо фигею:
* Жутковатое описание каторжной партии, которую тот самый капитан сопровождал, куда-то делось. Она упоминается - но так, в общих чертах: мол, ну есть каторжники - ну и пёс с ними! Какие там кровоточащие ссадины от кандалов, какое там описание маршрута в четверть земного шара, который нужно преодолевать пешком - идут да и идут, и слава богу!
* Краткий экскурс в историю этапирования из европейской России на Дальний Восток исчез полностью.
* Жуткое описание барака, где ночует партия, к которой прицепили двух главных героев (французских путешественников приняли за беглых студентов-нигилистов) исчезло вообще. В первом тексте этот барак был описан как натуральный филиал ада с жуткой вонью (в помещение, рассчитанное на 150 человек загнали полтыщи, которые уже далеко не первую неделю не моются, да ещё и гноящиеся раны от кандалов...) - во втором французам лишь не понравилось, что малость душновато.
* Путешественников встречает староста партии. В первом тексте он бывший офицер и путешественник, с каким они когда-то встречались в Париже, но вина его никак не называется - а во втором он бывший помещик, тоже бывавший в Париже (надо ж как-то обосновать старое знакомство?) - но: "За дело… Живя слишком широко, не по средствам, я разорился… потом захотел поправить состояние… пустился в аферы… сделал подлог и… о, ради Бога, не мучьте меня, не спрашивайте… пожалейте…"

… Тут я понял, что я что-то не то читаю - и глянул на выходные данные, благо, что пираты "Флибусты" это сохраняют. Оказалось, что в первый раз я читал перевод 2017 года - а во второй раз я скачал адаптированный к современной орфографии перевод аж 1911 года. Естественно, что все абзацы про пять рублей за голову каторжника, убитого при побеге, про голод (причём не только среди кандальных, но и среди конвоиров, которым содержание от казны выделялось откровенно нищенское), про "Милосердную" (жутковатую песню, с которой каторжники просят у сибиряков милостыню) - вымараны напрочь. Равно как и рассуждения старосты о том, что сколько командир конвоиров взял арестантов - столько и должен привести, отчитываясь о каждом трупе, и потому ему проще загрести двух случайных французов (благо, что по ориентировке беглые свободно владеют несколькими языками), чем докладывать о том, что он упустил двух беглых нигилистов - полностью выкинуты.

На этом я матюкнулся, скачал другой файл - и сейчас читаю его. Дореволюционный переводчик был талантливее наших современников и лучше знал реалии (во всяком случае, останавливая бешено несущуюся тройку, у него человек хватает коренника под уздцы, а не зажимает ему ноздри - что за бред?) - но читать книгу с такими купюрами я не готов. Понятно, что Буссенар отродясь не был в сибирской глубинке и не видел каторжных партий - но он хотя бы ориентировался на опубликованные во Франции сочинения русских, описывавших быт каторжан.

Так, блэт

А у нас в оливье сервелат и копченая куриная грудка. Иногда грудка бывает вареной. Но сервелат всегда. И огурцы - только свежие.
Однажды был оливье с вареным кроликом.
И от того, что где-то кто-то считает, что это "салат Столичный", "салат Московский", "салат картофельный" или черт там знает что еще, выставленное на стол в новогодний вечер хрючево с картошкой, колбасой/мясом, яйцами и майонезом не перестанет быть оливьём для того, кто его приготовил, выставил и будет есть.

Аминь.