Надежда Попова (congregatio) wrote,
Надежда Попова
congregatio

Categories:

Враг Толкина

Какую восхитительную зарисовку из литературной жизни мне принесли... Я еще легко отделалась со своим "очевидным образом Сапковским" и всякими прочими домыслами на тему моих книжек и моей персоны.

* * *
35 лет назад, 6 июня 1984 г., умер Оке Ольмаркс, переводчик Толкина на шведский язык. Оке Юэль Ольмаркс родился в Швеции 3 июня 1911 г. в семье оптового торговца, получил степень доктора философии в 1937-м, преподавал шведский язык в различных отечественных и зарубежных университетах, занимался религиоведением (наиболее значимый труд, о шаманизме, был опубликован в 1939 г.), с 1950 по 1959 гг. был директором отдела рукописей шведской кинокомпании «Europafilm». Ольмаркс известен своими переводами на шведский язык Поэтической Эдды, Корана, произведений Шекспира, Данте, Нострадамуса и других авторов.

Услышав об успехе «Властелина колец», руководитель отдела художественной литературы издательства «Альмквист и Викселл/Геберс» Диса Тёрнгрен связалась со Стэнли Анвином, главой публиковавшей Толкина в Великобритании компании «Аллен энд Анвин». 3 июля 1956 г. по поручению шведского издательства она сообщила, что переводчиком «Властелине колец» избран Оке Ольмаркс, но из-за того, что он занят, публикацию следует отложить до 1958 г. 15 августа сын Стэнли, Рейнер Анвин, ответил, что его издательство направит договор, который «будет обычным во всех отношениях, кроме одного условия, которое требует от нас вставить автор, касающегося имён собственных как людей, так и вещей. Автор не желает, чтобы они были изменены или «переведены» на другой язык без его предварительного согласия. По сути, он считает изобретённые и придуманные имена по большей части непереводимыми. Если у д-ра Ольмаркса есть какие-то вопросы или сомнения по этому поводу, или по другим проблемам, которые могут возникнуть, профессор Толкин весьма охотно придёт на помощь».

В начале декабря 1957 г. Рейнер Анвин передал Толкину полученные из Швеции материалы, которые писателя «озадачили и разозлили»: письмо от переводчика на шведском «и огромный список (9 стандартных писчих листов) имен и названий из "Властелина Колец"» (перевод С. Лихачёвой). В письме Рейнеру 7 декабря Толкин деликатно выражал надежду, что не всё так плохо как кажется, и во всём виновато недостаточное знание им шведского.

«…он читает мне лекцию о характере шведского языка и о том, как этот язык органически не приемлет иностранных заимствований (замечание не по существу); причем рассуждения эти особенно нелепы в свете языка письма, более чем на 1/3 состоящего из "заимствований" из немецкого, французского и латыни», – писал Толкин. – «и само письмо, и список не имеют никакого смысла, если автора не интересуют мое мнение и критические замечания. Но если цель ставилась именно такая, тогда я бы сказал, что момент выбран как непрактично, так и невежливо; под дулом пистолета объявляется: "Мы уже приступаем к набору" <…> В конце концов, я же денег не требую и могу сэкономить переводчику массу времени, да и головы ломать не придется; а если со мной ПРОКОНСУЛЬТИРУЮТСЯ на раннем этапе, мои замечания будут куда меньше смахивать на сварливые придирки» (перевод С. Лихачёвой).

«Даже если предположить, что перевод уместен или необходим (а я так не считаю — разве что в очень умеренной степени), данный перевод, на мой взгляд, далеко не блестящий и содержит изрядное количество вопиющих ошибок. Даже если, учитывая сложность материала, они простительны, все равно, на мой взгляд, это весьма удручает; ошибок вполне можно было избежать, проконсультировавшись со мною заранее. Мне представляется очевидным, что д-р О. просто продирался сквозь текст, решая проблемы по мере поступления и не особенно заботясь ни о будущем, ни о согласованности, и что Приложений [А также (как я предполагаю) имен и названий следующих томов. — Прим. авт.] он не прочел вовсе, а ведь там он нашел бы немало ответов» (перевод С. Лихачёвой).

В примечании Толкин приводил примеры: Бруиненский брод превратился в Björnavad («Медвежий брод»), Арчет – в Gamleby («Старая деревня», вероятно, от слова «archaic»), горы Лун – в Månbergen («Лунные горы»), Ирисная низина – в Ljusa slätterna («Светлые равнины»).

«…впечатление следующее: доктор Ольмаркс — самодовольный тип, еще менее компетентный, нежели милейший Макс Шухарт [нидерландский переводчик «Властелина колец»], хотя сам он о себе мнит весьма высоко», – писал Толкин 7 декабря 1957 г., а 24 января 1961 г. добавлял: «Ольмаркс — человек до крайности тщеславный (как я выяснил по нашей с ним переписке), предпочитающий свой собственный вымысел фактам и весьма охотно претендующий на познания, которыми не обладает».

В письме от 24 января Толкин приводил ещё один пример некомпетентности Ольмаркса (по-видимому, перепутавшего слова «leathery» – «кожаный» – и «feathery» – «пернатый, покрытый перьями»): «Переводя т. i стр. 12 «башмаков они почти не носили, поскольку ступни их, с твердыми, загрубевшими подошвами, были покрыты густой вьющейся шерсткой, под стать их же шевелюре», он понял текст как: «…ступни их были с крепкими, перовыми подошвами, а сами они были покрыты густой вьющейся шерсткой…»; так он создает в своем Предисловии образ хоббитов, всю уличную одежду которых составляет спутанная шерсть, в то время как на ногах у них — надежные, набитые перьями подушечки-подошвы!» (перевод С. Лихачёвой).

Там же Толкин возмущается «нелепейшей фантазией», состряпанной в качестве биографической справки Ольмарксом: «Он, нимало не колеблясь, приписывает мне убеждения и мнения, от которых я открещиваюсь» (перевод С. Лихачёвой). В следующем письме, от 23 февраля, Толкин пишет об этом подробнее: Ольмаркс неоправданно приписывает ему пешие походы в юности в приграничные области Уэльса, нелюбовь к университету Лидса, написание «Властелина колец», в том числе, для внуков, под влиянием пейзажа в Хедингтоне (куда Толкин переехал после сочинения романа и который описан Ольмарксом неверно). Саурон воспринимается как Сталин, а Кольцо – как Кольцо Нибелунгов, причём Виланд-Кузнец, отковавший его, «как выясняется, соответствует архетипу Пана и отражен как в образе Бомбадила, так и Голлума: вот вам наглядный пример нелепых методов и вздорных умозаключений доктора О.» (перевод С. Лихачёвой).

Опровергая домыслы Ольмаркса, Толкин пишет ряд широко известных высказываний – и о необходимости создания руководства по переводу имён и названий, и о том, что у Единого Кольца и кольца Нибелунгов общее – лишь то, что они были круглыми, и о том, что аллегории наподобие Саурона – Сталина его «образу мыслей абсолютно чужды <…> с какой стати я становлюсь объектом художественного вымысла еще при жизни?» (перевод С. Лихачёвой).

Ривенделл превратился у Ольмаркса в Vattnadal «Долина воды» (от английского слова river – «река»), Эсгарот – в Snigelöv (арх. «Отбросы улиток», от французского escargot «улитка»), энт Quickbeam («Рябина обыкновенная» по-английски) – в Snabba solstrålen «Быстрый солнечный луч». Порой он, видимо, забывал варианты, избранные им ранее, поэтому Айзенгард, например, передан в разных местах как Isengard, Isengård, Isendor или Isendal. Проза Ольмаркса насыщена гиперболами и поэтическими архаизмами даже там, где в оригинале язык обычный или даже лаконичный. Перевод изобилует прямой передачей идиоматических выражений и фактическими ошибками («Три звезды, семь камней, и самое белое древо»; там где Бильбо в оригинале проявляет вежливость к Гэмджи-отцу, обращаясь к нему «мастер Хэмфаст», по-шведски он называет его «мастер Воровской король»).

Как пишут У. Хэммонд и К. Скалл, похоже, что положение договора об изменении или переводе имён не было чётко сформулировано или было проинтерпретировано так, что при согласовании Толкин разрешит подобные изменения. Так или иначе, Толкин, кажется, решил, что надежды сохранить английский характер имён у него нет. Он пытался настоять на сохранении слова «хоббит», но шведы отказались, и название полурослика у них стало «Hob», но, по крайней мере, не «Hompen», как желал Ольмаркс изначально.

21 января 1960 г. издательство «Аллен энд Анвин» проинформировало Толкина о выходе шведского перевода «Братства Кольца», который пресса уже начала хвалить. В дальнейшем, по требованию автора, часть Приложений была опущена, а предисловие Ольмаркса, опубликованное во втором томе, изъято из третьего.

Хотя «Хоббита» на шведский язык перевёл не он, Ольмаркс приложил свою руку ко многим другим изданиям в этой стране. После «Властелина колец» (1959–1961) он перевёл «Фермера Джайлса из Хэма» (1961), «Приложения» к «Властелину колец» (1971), «Приключения Тома Бомбадила» (1972), «Мир фантазии Толкина» (перевод исследования Пола Кочера «Хозяин Средиземья», 1973), «О саге "Беовульф"» (сборник, напоминающий по составу позднейший «Чудовища и критики», 1973), «Письма от юльтомтена» (от шведского аналога Рождественского деда – йольского гнома, 1976), стихи в книге Хамфри Карпентера «Дж.Р.Р. Толкин: биография» (основной текст переведён Дисой Тёрнгрен, 1978) и «Толкиновский бестиарий» (тематическую энциклопедию Дэвида Дэя, 1980). В 1970-м Ольмаркс выпустил «Сагу о Толкине», заявленную как «первая в мире биография» этого писателя, а в 1976 – «Толкиновский словарь» (где, он, например, сравнивал Диора, сына Берена и Лутиэн, с Кристианом Диором, «отцом красоты» (с. 56), а имя Келебриан (с. 47) производил от celebrant «священник, совершающий богослужение»). Он также стал одним из основателей шведского Толкиновского общества и читал лекции о знаменитом писателе.

Несмотря на многочисленные жалобы от читателей, труд Ольмаркса оставался единственным переводом «Властелина колец» на шведский язык до 2005 г. После выхода «Сильмариллиона» Кристофер Толкин согласился на его публикацию в Швеции лишь при условии, что Ольмаркс не будет иметь к нему никакого отношения.

Переводчик откликнулся изданием книги «Наследие Толкина» (1978), где заявлял, что Кристофер своим отношением нанёс ему как минимум личное оскорбление. После пожара в его доме Ольмаркс посчитал, что его подожгли поклонники Толкина, и в том же году выпустил книгу «Толкин и чёрная магия».

«До нашего внимания дошло, что множество толкиновских обществ (тысячи в Америке и немало в Швеции) выродились, особенно в последние годы, в подобие Ку-клукс-клана, исповедуя культ прямого насилия, грубых оргий, употребления алкоголя и наркотиков. Их обвиняют в убийствах, постоянных нападениях, похищениях детей, оскорблении церквей и богохульстве. Оке Ольмаркс, человек, ответственный за перевод и ознакомление Швеции с Толкином, получивший международное признание как один из ведущих экспертов, раскрывает в этой полной тайн книге, насколько они развились в нашей стране».

В первой главе Ольмаркс перечисляет серию организаций, напоминающих толкиновские сообщества: Ку-клукс-клан, нацистов и приверженцев Джима Джонса (американский священник, склонивший 909 человек к самоубийству в ноябре 1978 г.).
Толкин тайно симпатизировал нацистам, по крайней мере, до войны. Многие ведущие британские филологи были членами нацистской партии в войну, а Толкин был филологом. Саруман как персонаж очевидным образом основан на Гитлере. Его имя ясно означает «SA man» (человек из штурмовых отрядов – военизированных формирований Национал-социалистской немецкой рабочей партии), а между первым и последним слогами вставлена германская руна «Ruhm», означающая «честь». («Ольмаркс, однако, не указывает, что сам он провёл 1941–1945 гг., преподавая шведский язык в университете Грейфсвальда, который, между прочим, находится в Германии», – комментирует исследователь Мартин Андерссон).

«Толкиновское общество» – это огромное международное тайное общество или мафия, нацеленная на то, чтобы подчинить себе мир, и любого, кто попытается пойти против них, они заставят умолкнуть.

Во второй главе, названной «Старый полудурок Толкин», Ольмаркс характеризует писателя как старика, а его поклонников – как детей, а также не скупится на оскорбления в адрес Кристофера Толкина (бесталанного, глупого и жадного до денег). Толкиновские претензии к ольмарксовскому переводу вызваны лишь тем, что автор скверно знал шведский язык.

Толкин был плохим писателем, а хорошие места во «Властелине колец», должно быть, написаны К.С. Льюисом. Поклонники Толкина – дегенераты, с презрением относящиеся к рабочему классу, употребляющие алкоголь и наркотики, виновные в причудливых сексуальных оргиях, бьющие стариков, приносящие в жертву детей и поклоняющиеся Сатане.

Книга стала кульминацией антитолкиновской кампании, развёрнутой Ольмарксом. Основателю стокгольмского толкиновского общества Йоргену Петерсену пришлось защищаться от обвинений в ходе дебатов на радио, состоявшихся в том же 1982 г. Все обвинения, высказанные Ольмарксом, в настоящее время считаются бездоказательными.
(источник)

Tags: литература
Subscribe
promo congregatio март 17, 2020 09:00 221
Buy for 50 tokens
FAQ
По совету читателей и примеру некоторых авторов - решила соорудить такой вот постик с наиболее часто задаваемыми вопросами, дабы и ибо, так сказать. Повисит тут пока. В случае изменений (которые в ближайшее время вряд ли предвидятся) - буду вносить правки. А почему книги так странно изданы,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 84 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →