Надежда Попова (congregatio) wrote,
Надежда Попова
congregatio

Category:

Одесса. После

Это не разоблачительная статья, не аналитика. В этом посте нет ничего нового, сенсационного, неожиданного. Никаких жутких подробностей. Просто человек побывал на месте тех событий. Перепощиваю не для призывов или дискуссий. Просто чтобы запомнить.
======================================================
Оригинал взят у tengu_crow в post
На Куликовом поле сразу бросаются в глаза грязные, неровные черные кляксы там, где стояли палатки. Большие пятна на месте палаток по обе стороны от сцены и одно размытое пятно от брошенного коктейля молотова - с черными брызгами в сторону дома профсоюзов. Мусор убрали, но пятна оттереть не смогли - и от них все еще пахнет гарью.

Даже в нескольких метрах от входа в дом профсоюзов под ногами хрустит стекло. С бокового фасада видны разбрызганные осколки разбитого окна и православный крест, вкопанный прямо в клумбу.

В глаза бросаются два больших плаката - большой белый лист со списком жертв и большой черный щит с крупными белыми буквами: "Помни Хатынь". Всюду иконы - от маленьких, запечатанных в пластик, какими торгуют в поездах, до больших и красивых икон в хорошей оправе.

Огромное количество цветов. Цветы и лампадки с горящими свечами под кривыми деревцами растущими вокруг флагштока. Цветы перед ступенями входа. Цветы по периметру здания. На деревца кое-где повязаны георгиевские ленточки и черные платки. И над всем этим - запах дыма не выветрившийся за все это время.

Людей, по контрасту с тем какое количество собиралось здесь на митинги, не много. Разрозненные группки вокруг стихийных ораторов, парень и девушка которые прижавшись друг к другу, смотрят на закопченные стекла слепых глазниц здания, одиночки вроде меня. Какая-то телекомпания - я не присматривался - только краем глаза заметил камеры и прожектора. Милиционеры, которые по трое держатся подальше и явно чувствуют себя чужими.

Никаких причитаний, никаких истерик, но в молчании и тихих разговорах отчетливо чувствуется боль и растерянность.

Я пришел без цветов - не знал будут ли они уместны, поэтому возвращаюсь за ними на привокзальную площадь. По дороге бросается в глаза, как много шедших навстречу людей несут цветы. Самые разные люди, самого разного возраста.

В подземном переходе кто-то торгует гвоздиками, рядом на картонке лежат черно-белые траурные ленты. У меня в бумажнике не достаточно денег, поэтому я извиняюсь и иду на железнодорожный вокзал - к банкомату.

На вокзале к кассам суточных билетов стоит длинная очередь - исключительно из студентов. Университет закрывают до 12-го мая. То есть студентов освобождают от занятий, преподаватели будут ходить как и раньше. Не знаю с чем это связано и как это объяснить, но от этого почему-то становится тревожно.

В ответ на просьбу о четырех гвоздиках, продавец заглядывает мне в глаза и вручает сразу шесть.

В первый раз я не заметил, что в обрамлении цветов и лампадок у входа выложены вещи, найденные на пепелище. Черная лыжная шапочка, кожаная перчатка без пальцев, обгоревший вещмешок, чемоданчик с символом аптечки. Чуть дальше - дешевый обгоревший спальник скатанный и даже не вынутый из синего синтетического чехла. Вещи на Куликово приносили "с бору по сосенке" - возможно этот спальник пожертвовал кто-то из знакомых туристов.

Положив цветы у лестницы, поколебавшись вхожу в здание. Вход открыт, но загроможден обгоревшими остатками импровизированной баррикады - какими-то железными скелетами кажется оставшимися от выгоревшей мебели. так Двигаться можно только по узкой тропинке. Люди выстраиваются в очередь и по одному проходят внутрь, уступая дорогу друг другу.

Центральная лестничная клетка выгорела полностью. Окна выбиты, ступени засыпаны песком - самих ступенек почти не видно. Каменные перила и стены ободраны до штукатурки. Погода ветреная, всюду гуляют сквозняки. Пока я стоял на площадке перед пролетом, порывом подняло плотное облако пыли с лестницы и швырнуло его в окно, словно в здании началась степная пыльная буря.

Нижнему этажу досталось больше всего - все либо черное от копоти, либо белое там, где ободраны стены. Везде островками цвета и огня лампадки, иконы и цветы. Цветы на остатках мебели, цветы на подоконниках выбитых окон, цветы на перилах и в комнатах, цветы и свечи прямо на полу у стен.

Верхние этажи пострадали меньше. Везде надписи мелом - по черной копоти или по выгоревшей темно-зеленой краске. Некоторые двери открыты, в большом зале снова иконы, цветы и найденные вещи. Строительные каски, противогазы. В коридоре брезентовый шланг, выдернут из пожарного щита и брошен на обгоревший паркет. Очевидцы говорят, что воду отключили заранее.

В открытые двери на втором этаже видно, что некоторые кабинеты были заперты дополнительными решетками, которые не получилось взломать. Свет попадает только через эти решетки. Еще дальше по сумрачному коридору кто-то (обитатели кабинетов?) буднично передвигает уцелевшие столы и мебель и обсуждает что делать дальше.

На третьем этаже - нетронутая бронированная дверь с закопченным молоточком. И снова - горящие свечи, лампадки и цветы. Я не подозревал что их может быть так много. Сколько людей здесь было с той ночи?

У выхода задерживаюсь почитать плакаты. На колоннах расклеены фотографии обгоревших тел. Списков жертв сразу несколько - две или три распечатки и большой рукописный с пустыми номерами и несколькими приписками рядом "на полях". Одна - просьба писать гражданство и город проживания, чтобы было понятно, что никаких "россиян" и "приднестровцев" в здании не было, вторая - полупросьба-полумолитва Богу взыскать кровь невинных жертв. Рядом - распечатки координат куда можно звонить и к кому обращаться для опознания.

Снаружи люди все так же стоят вокруг входа. Киваю знакомому - одному из своих бывших студентов. Кто-то приходит, кто-то уходит. Кто-то молчаливо и хмуро косится на чистый, без единого пятнышка желто-голубой флаг, который ветер треплет на флагштоке. Древко примотано к флагштоку скотчем - блоков и тросика для подъема флага не осталось. Флаг не "приспущен" - он просто закреплен так высоко, как смогли дотянуться. Накануне вечером к обгоревшему зданию, на пустое Куликово поле пришли представители майдана. И оставили после себя этот флаг. Кричали ли они свое традиционное "Слава нации - Смерть врагам"?

У самого пешеходного перехода, в конце Куликова поля на мостовой лежит лист бумаги, вложенный в файл с крупными, от руки написанными фиолетовыми буквами. Лист просто положили на брусчатку, придавив камешком. Краткий, немного наивный призыв бойкотировать грядущие выборы президента потому, что такая власть не от людей и не от Бога.
Tags: Украина
Subscribe
promo congregatio march 17, 2020 09:00 221
Buy for 50 tokens
FAQ
По совету читателей и примеру некоторых авторов - решила соорудить такой вот постик с наиболее часто задаваемыми вопросами, дабы и ибо, так сказать. Повисит тут пока. В случае изменений (которые в ближайшее время вряд ли предвидятся) - буду вносить правки. А почему книги так странно изданы,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments